«Балабол» 2014

Расследованные им преступления редко отличались замысловатостью. В основном это были бытовые происшествия, порожденные завистью, денежными обязательствами, застарелой враждой или внезапным приступом отчаяния. В каждом правонарушителе он прежде всего различал личность, и это не было проявлением сентиментальности. Это было осознанием того, что где-то на жизненном перекрестке человек сделал неверный выбор, и роковая черта была пересечена почти незаметно. Такое понимание не служило оправданием злу, но делало его логичным, а следовательно, прогнозируемым. Он мог предвидеть следующий поступок сбитого с толку лжеца, поскольку чувствовал тот безвыходный тупик, в котором тот оказался. Со временем даже самые недоверчивые сослуживцы начали замечать произошедшие изменения. Молодой лейтенант Женя, который поначалу подшучивал над «неспешностью» Сани, сам того не желая, перенял его манеру проверять не столько улики, сколько собственные ощущения. А суровая и бескомпромиссная начальница, капитан Лариса Петровна, однажды после успешного завершения дела о квартирной краже, вместо того чтобы потребовать отчет, поинтересовалась здоровьем его сестры. Это был ее личный способ выразить признательность. Сам Саня изменился меньше всех — лишь добавилось морщинок вокруг глаз, да долгое сидение на сырых точках во время наблюдения давало о себе знать утренней ломотой в суставах. И город отвечал ему тем же. Прохожие на улице слегка кивали ему, продавщица в киоске приберегала для него свежий номер газеты, а таксисты за бутылкой чая в своих разговорах называли его «наш». Он был неотъемлемой частью этого места, его чуткой нервной системой, мгновенно улавливающей любой сбой ритма. И пока он шагал по привычным улицам, нащупывая в кармане пальто холодный металл ключей, он знал: завтра снова позвонит сестра, а затем поступит новое задание.