«Алекс Лютый» 2022

1975 год. Следующим этапом стало изучение личного дела Алексея Лютого, обнаруженного в немецких архивах и переданного в СССР в 1947 году. Оно содержало приказы, подписанные лично Гиммлером, и переписку командира лагеря с берлинским центром. Сухарев отметил важную деталь: Лютый владел пятью языками, включая русский, и имел навыки маскировки, приобретенные в разведшколе «Цеппелин». Это объясняло, почему он мог десятилетиями оставаться незамеченным. В деле также присутствовало признание пленного эсэсовца от 1944 года, утверждавшего, что Лютый бежал через Чехословакию в Австрию, где его след затерялся. Советские контрразведчики тогда сочли это дезинформацией. Теперь же, сопоставляя карту перемещений свидетелей за последние двадцать лет, Сухарев увидел закономерность: все, кто мог опознать Лютого, умирали при невыясненных обстоятельствах, начиная от несчастных случаев и заканчивая «бытовыми» убийствами. Писатель стал последним звеном в этой цепи.

Касьянов, вернувшись из Люберец, принес выписку из домовой книги за 1948 год. На одной из улиц проживал мужчина, представившийся Глебовым Кириллом Петровичем, 1908 года рождения. В графе «прежнее место жительства» стоял прочерк. Соседи описывали его как тихого человека, работавшего сторожем на местном складе. Никаких родственников или друзей. Однако спустя три года он исчез, оставив пустую комнату. Проверка архивов МВД показала: Глебов значился умершим в 1965 году в городе Череповце, но акт о смерти был оформлен задним числом, через десять лет, и направлен в центральный архив. Сухарев понял, что перед ним профессиональный противник — человек, способный на десятилетия замести следы, меняя паспорта и биографии. Теперь предстояло опросить выживших свидетелей военных преступлений Лютого, многие из которых жили в отдаленных районах страны, поднимая старые уголовные дела, которые десятилетиями пылились в папках «закрытых фондов». Чем глубже погружался Сухарев в это дело, тем яснее становилось: охота на призрака только начинается.