«Аллигатор» 2025

Воздух в кабинете майора контрразведки СМЕРШ Старикова был густым от табачного дыма и напряжения. На столе, заваленном оперативными сводками с фронтов и картами тыловых районов, лежала папка с грифом «Совершенно секретно». В ней содержались обрывочные, но тревожные данные: сбой в графике движения эшелонов с ленд-лизом через Персидский коридор, диверсия на одном из мясокомбинатов, снабжавших фронт, и, наконец, радиоперехват. В эфире, на коротковолновой частоте, используемой абвером, была зафиксирована серия шифрованных посланий. Пеленгация указывала на район Алма-Аты. Вывод был однозначен: в глубокий тыл, в город, ставший сосредоточием эвакуированной промышленности и науки, заброшена агентурная группа противника.

Работа началась с кропотливого сопоставления фактов. Турчин, изучая списки работников сортировочной станции, обратил внимание на диспетчера Аркадия Вольского. Его биография, на первый взгляд, была безупречной: крымчанин, эвакуированный в 1941-м, одинок, исполнителен. Однако перекрестная проверка через крымские управления НКВД дала результат: в родном селе Вольского не было зафиксировано ни его родственников, ни соседей, которые могли бы подтвердить его довоенную жизнь. Одновременно анализ диверсии на мясокомбинате указал на высокий профессиональный уровень исполнителей: был выведен из строя не случайный агрегат, а парокомпрессионная установка, ремонт которой занял бы недели. Для такого удара требовалось знание внутренней схемы объекта.